РЕКЛАМА

Загрузка...

Разговор с северокорейской девушкой из хорошей семьи

Разговор с северокорейской девушкой из хорошей семьи


Корреспондент журнала slon встретился и записал разговор с Ли, девушкой из провинциального города на севере КНДР, которая около двух лет назад перебралась через Китай на юг. Девушкой, что называется из самой приличной северокорейской семьи: папа – преподаватель партийных дисциплин в местном пединституте, мама – домохозяйка и общественница, сама — выпускница педвуза, воспитательница детского сада, а потом – хозяйка подпольной мануфактуры сигарет.

– У вас был русский язык в школе?

– «Здравствуйте, раз, два, три, четыре, да здравствует великий вождь». Но вообще я была в английском классе. Обычно классы А и Б были русские, а два других – английские. Но это было давно – когда я училась в школе, в начале 90-х, а сейчас русского в школах почти не осталась. У нас в городе в 97–98 русские классы были закрыты все, все стали английскими. А до этого было пополам.

– Сколько человек было в классе?

– Довольно много в то время, стандартно – 40–50 человек. Но сейчас меньше из-за проблем с рождаемостью, так что сейчас 35–40.

– Ваша мама работала?

– Нет, она была домохозяйкой, но занималась общественной работой. Она была руководительницей народной группы – группы взаимного наблюдения по месту жительства. Она отвечала за женщин в нашей округе, которые не работали, за домохозяек: задача чтобы домохозяйки тоже не оставались без присмотра, чтобы среди них велась организационная и идеологическая работа. Ну и просто присматривала за ними. Такие группы создаются по территориальному принципу – в них по 20–40 семей.

– Были у нее за эту деятельность какие-то дополнительные льгoты?

– Нет, ничего не было. Начальникам народных групп вообще не полагалось никакой зарплаты, и по карточкам она получала довольствие как у обычных домохозяек. Но в начале 90-х пошли разговоры, что им нужно установить зарплату. И стали давать зарплату примерно с 1992 года в районе 30 вон. Но это уже было абсолютно бессмысленно, потому что уже к концу 90-х средняя зарплата была порядка 700-1000 вон, и на нее было ничего не купить, а они получали 30.

– О каких проступках подопечных членов группы нужно было докладывать?

– Например утром домохозяйки должны идти на строительные работы и задача начальницы народной группы – собрать людей, чтобы они шли на эти работы. К ней приходит распоряжение: столько-то человек надо отправить на строительство дороги или ремонт чего-то и т.п. Многие, само собой, не хотят идти. Это самое распространенное нарушение. Тогда начальница группы жалуется в полицию или в местную администрацию. Теоретически главы групп подчиняются районной управе,что-то вроде райисполкома: туда они и жалуются. Но может вмешаться и полиция, если уклонение от мобилизации стало особенно массовым. В общем, работа достаточно неприятная, потому что она портит отношения с людьми. Но моя мать была идейная, любила Ким Чен Ира, Ким Ир Сена,она очень старалась.

– Она и сейчас верит и старается?

– Сейчас уже нет.

– Когда это изменилось?

– Она очень хотела вступить в партию, 30 лет старалась, но и через 35 лет в партию ей так и не дали вступить. Моя сестра перебралась в Китай, и мать сняли с этой работы. Это было для нее очень большим разочарованием. Впрочем, к тому времени она уже и не так хотела вступать, пропал этот энтузиазм.

КОРОБОЧКИ С ОБЕДОМ

– В какие годы вы работали в детском саду?


– 2000–2005.

– Все дети ходят в детский сад?

– Да, обязательно. Это часть обязательного образования.

– Что изучают в детском саду?

– Язык, счет, песню и танец, подвижные игры, экскурсии на природу, и три идейных предмета – рассказы о детстве Ким Ир Сена, рассказы о детстве Ким Чен Ира, и рассказы о детстве Ким Чен Сук (жены Ким Ир Сена). Соответственно в нашем садике было три комнаты для их изучения. Одна комната – для изучения детских лет Ким Ир Сена, другая – Ким Чен Ира, третья – Ким Чен Сук. Она как раз родом из наших мест. Там фотографии детских лет, портреты, а в центре каждой комнаты – большой макет места, где великий человек, которому посвящена комната, провел свое детство. Размером с большой стол – и там домик, дворик, горочка, где играл и тп. Каждый из трех предметов – раз в неделю по одному занятию.

Эти макеты они не поставляются централизованно, это все должны уметь сделать сами воспитатели. Я там все сделала сама – цветущие вишневые деревца, травку – чтоб красиво было. Там же поют песни о вожде, слушают рассказы о вожде.

Разговор с северокорейской девушкой из хорошей семьи


– Детей же в детском саду кормят? В начале 2000-х были проблемы с питанием?

– Дети должны были приносить с собой коробочки с едой из дома. Мы пытались организовывать питание, но у нас получалось только раза два в месяц – это если нам выдавали продукты. А когда не было продуктов мы ничего сделать не могли. Когда я сама ходила в детский сад в 80-е, то там нас кормили. А когда была воспитательницей, уже было нечем.

– Дети приносили коробочки с едой из дома, и они у всех разные.

– Конечно разные, очень разные. Были дети, которые вообще ничего не приносили, тогда я их отправляла на пару часов: «Иди домой, поешь». Но и с остальными была проблема. Были те, кто приносил просто вареную кукурузу, а были те, у которых в коробочке и мясо было. И все же все видят. Но дети сами собой группировались друг с другом по достатку родителей. Те у кого был примерно одинаковый уровень одежды, игрушек и еды – играли друг с другом и общались друг с другом. Серьезных конфликтов по этому поводу я не видела. Они еще слишком маленькие. Такие конфликты начинают появлятся и довольны сильны в начальной и, особенно, в средней школе.

– Чьи дети считаются детьми богатых?

– Прежде всего, чиновников, нашего местного начальства. Они отличались одеждой, ну и было видно, что учителя уделяют им особое внимание.

– Родители помогают учителям деньгами. В школе и детском саду им надо что-то платить?

– Да конечно. Мы бы не могли жить без помощи со стороны родителей. Зарплата учителя примерно 2 000 вон. Это цена одного килограмма риса на рынке. Кто-то из родителей давал деньги, но в основном помогали не деньгами: приносили — кто одежду, кто какие-то вещи домашнего изготовления, и конечно продукты давали: рис, крестьяне – кукурузу, а кто-то посмотрел, что нет часов, могли часы подарить. Или со зрением проблемы, а очков не достать, – помогали очки заказать. И все старались побольше подарки делать по поводу выпуска – и деньгами, и рисом, и остальным.

Дарят непосредственно учителю, воспитателю, так что директору даже хуже, ему непосредственно ничего не несут. Реальный доход директора школы может быть меньше, чем у учителей или воспитателей. Но в школах есть такой способ заработать. Звонит председатель колхоза и просит отправить детей в поле на работу. И директор посылает детей в колхоз, а председатель ему взамен платил деньгами или продуктами.

– Сколько дней школьники осенью работают на полях?

– Осенью практически каждый день работали в конце 90-х. У нас шестидневная рабочая неделя, и осенью практически не учились вообще. Забирали даже выходные. Могли оставить два выходных в месяц. И естественно занимали все рабочие дни. А учились самоподготовкой: давали домашние задания и говорили – выучите это, это и это. Это продолжалось и в 90-е и в 2000-е. Весной отправляли на высадку риса, осенью на уборку кукурузы, риса, овощей. Старшие классы были практически бесплатными сельхозработниками. Начинали с третьего класса и чем дальше, тем больше.

– А студенты?

– Ну разумеется! И военные, конечно, тоже. В университетах это вобще официально. Весной и осенью в программу заложено по месяцу, свободному от занятий. Весной – это посадка риса. Осенью – уборка риса и кукурузы.

– Только колхозы забирали школьников? Или мог директор завода позвонит помочь план выполнить?

– Нет, какая помощь на заводе от студентов? Кроме того в 90-е, когда я была в ВУЗе, заводы уже остановились

Разговор с северокорейской девушкой из хорошей семьи


ПРЕПОДАВАТЕЛЬ КОМMУНИЗМА


– Что преподавал в вузе отец?

– «Революционную историю великого вождя товарища Ким Ир Сена» и «Историю агрессии американского и японского империализма против Кореи». При Ким Ир Сене это была хорошая карьера, уважаемый человек. Так же как врач, партработник, работник силовых органов. Кроме того в кимиресновские времена лучше всего было быть «людьми Пэктусана» – то есть связанными с партизанским движением: это семьи и потомки участников сопротивления и войны. Не только сами участники, но и их дети, и внуки оставались привилегированными, могли поступать в хорошие вузы, достигать должностей.

Потом рухнула система карточек, потом умер Ким Ир Сен и началась эпоха Ким Чен Ира. И с 1996 года люди начали голодать и умирать. Тогда хорошо жили люди с родственниками за границей, особенно в Японии. Прежних привилегированных называли люди Пэктусана, а этих стали называть люди Фудзиямы. А потом началось время людей Йонмансана – (это гора, где университет им. Ким Ир Сена, в котором учился Ким Чен Ир), – когда привилигерованными стали однокашники Ким Чен Ира и вообще выпускники одного с ним университета. Кроме того, в наших краях, на севере, это еще те, у кого есть родственники в Китае, которые присылают деньги. А еще есть люди, которые, как я, перебрались на юг, и отсюда помогают родственникам. Но таких мало.

– В университетской среде какие сейчас настроения распространены – ностальгия по временам Ким Ир Сена, когда преподаватель был человеком солидным и жилось ему сравнительно с другими хорошо, или наоборот критические, антиправительственные настроения?

– В общем, хотят перемен. Бывает, грустят о кимирсеновском времени, но не хотят обратно.

– А собираются поговорить и поругать власть?

– При Ким Ир Сене это было абсолютно немыслимо, говорить о политике. Сейчас немножко стали поругивать власть, но осторожно. Вот отец мой дома все время говорил, что Ким Чен Ир – никакого сравнения с Ким Ир Сеном, не справляется с руководством страной. Мать его притормаживала, говорила: «Оказываешь на детей плохое влияние, учишь их опасным вещам». Но я, когда уже была подростком, прямо спросила у папы: «Кто лучше, Ким Ир Сен или Ким Чен Ир»? Он сказал: «Сравнивать смешно: Ким Ир Сен, конечно». Большинство упоминает Ким Ир Сена с уважением, а к Ким Чен Иру отношение куда хуже.

– А разговора о том, что все устройство страны неправильно, нет?

– Сейчас об этом говорят. Говорят, что социализм – это неправильно. Это стало так не опасно, можно поругивать власть.

– Как сейчас студенты относятся к вашему отцу – преподавателю идеологических дисциплин. У нас к ним серьезно не относились под конец СССР.

– То же самое.

– Отец что про это думает?

– Отец? Сложно сказать. Я с ним не очень эти вопросы поднимала. Он всю жизнь этим занимался. Ему трудно сказать после этого: «Я всю жизнь лгал, и студентам и детям». Это психологическая травма.

СИГАРЕТНАЯ МАНУФАКТУРА

– Давайте попробуем представить быт преподавательской семьи. Есть у вас телевизор?

– Телевизора у нас не было до 1997 года, а в 97 г. к нам приезжали родственники из Китая и привезли в подарок телевизор, цветной. Купить его сейчас в самой Корее тоже не проблема, если деньги есть, у нас их просто не было. Цветной телевизор два года назад, когда я уехала, стоил порядка 30 000 (около 100 долларов). Но это конечно намного больше любой официальной зарплаты.

– Где же на него можно заработать?

– Частный бизнес — торговля, предпринимательство, ремесло. На государственную зарплату давно никто не живет.

– То есть ваша семья тоже занимается чем-то в частном секторе?

– Родители просто работают на участке, выращивают бобы, кукурузу. А из бобов делали массу для тофу.

Разговор с северокорейской девушкой из хорошей семьи


А я делала сигареты дома. Я покупала табак у крестьян, потом резала, добавляла мед, травы для аромата, добавляла в массу воду, высушивали. После этого мы доставали папиросную бумагу в рулонах – ее выносили рабочие с местного сигаретного завода, но можно было купить импортную из Китая (китайская лучше). То же самое с фильтрами. У меня дома стоял станочек для изготовления сигарет. И мы нанимали девушек, которые крутили у меня сигареты. С фильтром. Занималась я этим пять лет и на меня работали шесть девушек. Одна прямо у меня дома, остальным выдавали материал и забирали товар. А упаковкой уже занималась я. Потом сдавали оптовикам, а те развозили по сельском местности.

– Упаковывали в пачки сигарет известных марок?

– Конечно, и Marlboro, и китайские марки – в те пачки, которые удавалось купить, в те и паковали. Были люди, которые и в самой Корее умудрялись делать пачки, очень похожие на оригинал.

– Объем вашего производства?

– 800 пачек в день в хорошие дни.

– Сколько это давало в месяц дохода?

– 200 000 вон выручки в месяц, личного дохода оставалось 25–30 000 вон в день. Это примерно 700 долларов.

– Богатая вы были девушка.

– Да.

– А как это все приходилось регулировать с властями?

– Откупалась, конечно. Приходилось хорошо им платить. Это ведь все от и до формально незаконно. Поэтому я постоянно хорошо кормила участкового.

– Гордитесь, что удалось организовать такое производство?


– Конечно. Я была CEO. А до сигарет, кстати, я недолго торговала яйцами, перцем и приправами. Я покупала яйца и перец на зоне политзеков № 22. Они там в своем хозяйстве производили первосортный перец и отличные яйца.

Мы не можем заходить на территорию зоны, но мы покупали у семей охранников и администрации лагеря. Они что-то вроде посреднической фирмы. Это все администрация организует, а зэкам что говорят делать, то они и делают.Скорее всего это был бизнес администрации лагеря. Но надо признать, что это была очень качественная продукция.

Я продавала это не у нас, а везла на рынок в соседний большой приморский город – самый большой город в округе, там и цены хорошие, и такие отличные яйца, и перец, и перечная паста продавались хорошо. К тому же там море, и я, чтобы пустой обратно не ехать, покупала кальмаров, осьминогов, минтай и продавала на рынке у нас. .

– Как к этому относились родители?

– Они были довольны. Я же им помогала. До этого мы голодали, а как эта штука раскрутилась, наша семья в городе стала одной из самых богатых.

– Когда в стране кончился голод?

– В наших краях где-то в 2002 году. Но не надо думать что голод совсем закончился, еще есть те, кто голодает. Кое-кто изредка умирает от голода до сих пор. Но конечно не сравнить с тем что было в 90-е. Если ты относительно здоровый и молодой – то с голоду не умрешь. И главное – у нас сейчас есть к этому иммунитет. Тогда, когда государство вдруг перестало давать продукты по карточкам, мы не знали что делать, а сейчас мы уже знаем как жить самостоятельно.

– У вас были проблемы с адаптацией в капиталистической Южной Корее?

– Я выросла в ситуации когда все было предписано. Тебе говорили куда и когда идти, что делать и в какой последовательности. Я приехала сюда и удивилась: я могу делать все, но я должна решать сама, что именно, где и когда. И в начале привыкнуть к тому, что ты все выбираешь и решаешь сама – это требовало некоторого усилия. Одежду которую я покупала первое время после того, как сюда приехала, я ее не надеваю, мне самой смешно становится, что я накупила.

Автор-Александр Баунов

Источник- slon.ru
4
2808
27 декабря 2011
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.
Смотрите также
Ростовчанка в 21 год пошла учится в первый классРостовчанка в 21 год пошла учится в первый класс

По словам директора ростовской школы № 69 Валентины Токаревой, такой случай произошел впервые за 25 лет ее работы в данной должности.- Сразу после нов...

Что такое современный детский лагерь?Что такое современный детский лагерь?

Взрослые люди с удовольствием сейчас вспоминают времена, когда их родители отправляли их на лето в детские пионерские лагеря. Часто это были путевки о...

Валютчица: Мы работаем под «крышей» государстваВалютчица: Мы работаем под «крышей» государства

Игрок черного рынка валюты рассказала, кто выиграл от долларового дефицита, сколько в тот период зарабатывали валютчики и почему белорусы не откажутся...

Загрузка...
Комментарии

Panzer
27 декабря 2011 13:48
охренеть, однако, политика военного каммунизма у них до сих пор

mavr
27 декабря 2011 15:46
Сказка, со счастливым концом.Народ голодает,а ядреную бомбу испытывают.

loloPing
27 декабря 2011 19:02
страшно читать на самом деле

karamelko
27 декабря 2011 21:41
я не сомневался что ее будут звать Ли lol
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
Четверг, 29 Июня
USD 1.9343
EUR 2.1987
RUB 0.0325
serg88 7 минут назад В момент атаки Petya ищет файл C:\\Windows\\perfc. Если такой файл на компьютере уже есть, то вирус заканчивает работу без заражения.

Чтобы создать такой файл для защиты от Petya (вируса Петя) можно использовать обычный «Блокнот». Причем разные источники советуют создавать либо файл perfc (без расширения), либо perfc.dll. Специалисты также советуют сделать файл доступным только для чтения, чтобы вирус не мог внести в него изменения.
Martito 13 минут назад isquare,
Наверное, то же, что и на последней чувак из Lite Sound
glum 15 минут назад Ну нах

В Китае и в средневековье лучше не болеть
Dimas 21 минут назад Блядь.... z0ic 25 минут назад сука! Бля пиздец.... ебанутые BHy4ka 26 минут назад Больше - не значит лучше. Важна интенсивность волн. Martito 28 минут назад
Цитата: Vardisodo
Хохол - это не уничижительный и не оскорбительный термин, сами хохлы себя так называют и не обижаются.

Ну справедливости ради стоит отметить, что лысые себя тоже лысыми называют, но им не очень нравится, когда их так называют другие...

Цитата: fearfrost
мне можно, у меня жена хохлушка, от неё санкция. И вообще, хохол - не национальность, а манера поведения)

Тебе ж написали ясно из какой страны были эти балбесы
gismo_2 33 минут назад
Цитата: kotad
это был сарказм!!!

О, ты оказывается можешь быть адекватным, это радует.
Новости от партнеров