РЕКЛАМА

Загрузка...
Наша работа в войсках заканчивалась. Поздно вечером в мою комнату постучался посыльный, передал распоряжение Главного маршала артиллерии Воронова прибыть к нему. Его служебный вагон стоял на запасном пути. Пришлось бегом бежать на станцию.' />

Михаил Калашников: Рождение легенды. Часть 3

Михаил Калашников: Рождение легенды. Часть 3
Наша работа в войсках заканчивалась. Поздно вечером в мою комнату постучался посыльный, передал распоряжение Главного маршала артиллерии Воронова прибыть к нему. Его служебный вагон стоял на запасном пути. Пришлось бегом бежать на станцию.
Вызов казался неожиданным. Николай Николаевич собирал уже нас, Дегтярева, Симонова и меня, для окончательного подведения итогов войсковых испытаний, и мы должны были разъехаться для продолжения работы над образцами перед запуском их в массовое производство.
Зашел в вагон. Там вместе с Главным маршалом находилось десятка полтора офицеров — командный состав соединения, на базе которого проводились войсковые испытания. Воронов, как я понял, давал им последние указания, связанные с дальнейшей эксплуатацией нового комплекса оружия.
— Проходи, конструктор, смелее к столу, — заметив меня, произнес Николай Николаевич. — Товарищи офицеры хотят с тобой поближе познакомиться. С Дегтяревым и Симоновым они уже встречались, а ты для них пока неизвестная личность. — Воронов улыбнулся. — Расскажи о себе, кто ты есть, откуда родом. Давай все как на духу и по порядку.
Пришлось «докладывать» свою биографию. Потом посыпались вопросы. Так, по инициативе Николая Николаевича, состоялась первая в моей жизни официальная встреча с военными, своеобразная пресс-конференция. Оказывается, офицеры хотели как можно больше знать об оружии и его разработчике.
Я подробно отвечал на все вопросы, стараясь удовлетворить их любопытство — и профессиональное, и обычное человеческое, и тут вдруг отчетливо понял, что с моей стороны было бы черной неблагодарностью не сказать, как помогало мне заинтересованное отношение маршала. Ведь это же была истинная правда! Но как же об этом сказать достойно в присутствии стольких офицеров?..
— Простите мне это, но я обязан упомянуть об отеческой помощи товарища маршала...
Как будто бы рассердившись, Николай Николаевич погрозил мне пальцем и с напускной строгостью сказал:
— Ну вот с отцом и поедешь в Москву. Вещи твои уже здесь.
Офицеры распрощались и вышли из вагона.
Утром при нашей встрече Воронов вдруг спросил меня:
— Как думаешь устраивать свою судьбу дальше?
Что было мне ответить? Я как-то и не думал об этом.
— Я же человек военный, товарищ Главный маршал, десять с лишним лет на срочной службе. Так что все в вашей власти...— сказал я, чуть помолчав.
И тут я впервые увидел, как Воронов поморщился. Видимо, мой ответ не очень-то понравился ему.
— Ну а если я предложу тебе остаться в кадрах армии с присвоением офицерского звания, или другой вариант — уволиться в запас и продолжать конструкторскую работу гражданским человеком. Что ты выберешь?
Не знаю, какого ответа ждал от меня Николай Николаевич. Скорее всего он думал, что я предпочту дорогу, выбранную в свое время Дегтяревым, — и профессионального военного, и конструктора, как говорится, в одном лице.
Но мне, признаться, уже давно хотелось снять военную форму. А если еще учесть, что я был женат и имел к тому времени двоих детей... Кроме того передо мной был пример конструкторов Токарева и Симонова — людей сугубо гражданских, но почитаемых и среди военных, и среди тех, кто занимался вопросами разработки образцов вооружения.
— Хотел бы уволиться в запас, товарищ Главный маршал, — выдохнул я.
— Что ж, воля твоя. Главное, чтобы ты не потерялся как конструктор. Приедем в Москву — буду ставить вопрос на практическую основу. — И совсем неожиданно для меня сказал: — Подари мне на память свою фотографию. Дегтярев и Симонов автографы на снимках уже оставили. А вот твоего нет.
Наверняка Воронов мог бы пригласить фотографа и сделать, как это обычно бывает, парадный снимок для истории: он и сержант-конструктор рядом с ним. Да Николаю Николаевичу, видно, порядком надоело групповое фотографирование, и он решил взять у каждого из нас фотографию на память.
— У меня только вот такой снимок есть, — вытащил я из кармана гимнастерки фотографию, на которой был запечатлен в военной форме, стоящим у кульмана.
— Вот и хорошо. Сразу видно, что конструктор в работе, — одобрил Воронов.

По рекомендации Комиссии по войсковым испытаниям автомат получил официальное название: «7,62-мм автомат Калашникова АК-47».
В Москве начальник отдела изобретений полковник В.В. Глухов вручил мне командировочное предписание, подписанное Главным маршалом. Я должен был выехать для налаживания массового производства автоматов на один из оружейных заводов на Урал — в город Ижевск.

В середине 1950-х годов Главное артиллерийское управление (ГАУ) и Министерство оборонной промышленности (МОП) инициировали работы «по облегчению штатных и разработке в конкурсном порядке новых, более легких образцов стрелкового оружия, в том числе и под патрон образца 1943 года». Тактико-технические требования (TТT) на унифицированные автомат и ручной пулемет были разработаны еще в марте 1953 года. Разработку нового автомата требовалось осуществить в комплексе с ручным пулеметом под тот же патрон при максимальном уровне унификации деталей, в первую очередь по устройству автоматики.
Михаил Калашников: Рождение легенды. Часть 3
В.С. Дейкин

Согласно указанным требованиям, новый автомат должен быть значительно легче, проще и дешевле в изготовлении, чем АК-47, не уступая ему по надежности работы и по другим эксплуатационным качествам. Это должен быть единый образец, предназначенный для вооружения рядового и офицерского состава.
В августе 1954 года на ижевский завод доставили письмо начальника Управления стрелковым вооружением ГАУ А.Н. Сергеева от 6.08.54 следующего содержания: «В связи с актуальностью данной работы, а также учитывая целесообразность параллельной работы с другими КБ и заводами МОП (Министерство оборонной промышленности), которые в инициативном порядке уже приступили к разработке легких образцов стрелкового вооружения, прошу и на Вашем заводе широко развернуть указанные работы и нацелить ОГК (Отдел главного конструктора) на разработку легкого автомата и легкого ручного пулемета на базе автомата Калашникова в текущем году».
В перечисленных в письме требованиях к разработкам допускалась возможность создания унифицированного оружейного комплекса (автомата и пулемета) на новой конструктивной схеме. Но при этом некоторые требования для легких образцов — по живучести, эксплуатационной прочности деталей — были снижены.
Проблема унификации во все времена была заветной мечтой оружейников. В чем же ее сущность? Если коротко — создаваемые типы оружия должны иметь одинаковое устройство механизмов автоматики и отличаться лишь отдельными деталями. Что это дает? Многократно упрощает изготовление и ремонт оружия. Приносит весьма солидный экономический эффект. Значительно облегчает организацию производства новых образцов. Облегчает изучение типов оружия, поступающих в войсковые подразделения.
Михаил Калашников: Рождение легенды. Часть 3

7,62-мм автомат Калашникова АКС образца 1949 года со сложенным металлическим прикладом

Лишь в 1950-е годы вновь вернулись к решению этой очень важной проблемы. Главное артиллерийское управление объявило конкурс на создание унифицированных образцов под промежуточный патрон.
В 1955-1956 годах в соревновании по созданию унифицированного оружия приняли участие все ведущие конструкторы-оружейники. Кроме Г.Л. Коробова и А.С. Константинова, ранее других включившихся в эту работу, начали свои разработки С.Г. Симонов, В.В. Дегтярев (сын В. А. Дегтярева), Г.С. Гаранин и я.
Надо сказать, что мы в 1955 году приступили к этой большой работе уже в ином качестве. Этот год в моей конструкторской судьбе, считаю, стал заметной вехой, подарив радость совместной работы с людьми, объединенными не только одними идеями, одними творческими проблемами, но и ставшими единым конструкторским коллективом. Наша специальная группа наконец-то была организационно оформлена в составе семи человек с прикреплением к ней четырех рабочих из опытного цеха. В спецгруппу вошли инженеры-конструкторы В. В. Крупин, А. Д. Крякушин,
В. Н. Пушин, В. А. Харьков. Надежными помощниками в работе над проектами образцов были техник-конструктор Ф. В. Белоглазова, копировальщица В. А. Зиновьева. Немало полезных рекомендаций мы получали от инженера-аналитика Ф. М. Дорфман.
И, конечно же, нашей лучшей опорой во всем, что касалось изготовления опытных деталей в металле, были фрезеровщик
Г. Г. Габдрахманов, токарь Н. А. Бердышев, слесарь-механик
П. Н. Бухарин и слесарь-отделочник Е. В. Богданов.
В условиях конкурса предусматривалось кроме унификации значительно снизить вес оружия и улучшить кучность боя.
По условиям разработанных военными специалистами технико-тактических требований для унифицированных образцов были снижены нормы живучести автомата на 1/3 по сравнению со штатным АК-47. Вес автомата был ограничен величиной 2,8 кг, но впоследствии с учетом реальных конструкторских возможностей был увеличен до 3,1 кг.
Перед нами, конструкторами-оружейниками, была поставлена сложная задача. Но как ее решить? У каждого образца есть свои особенности, свои функции...
На вооружение армии были приняты три совершенно разных образца стрелкового оружия: мой АК-47, ручной пулемет Дегтярева и самозарядный карабин Симонова. И хотя все сделаны под один патрон, по своему устройству они не имели ничего общего. Даже такой вопрос, как питание патронами, решен в них по-разному. Пулемет имеет ленту, карабин — неотъемный магазин на десять патронов, а автомат – отделяемые магазины емкостью на тридцать патронов каждый. Несомненно, конструктивные различия образцов усложняют их изучение и боевое применение в армии.

Михаил Калашников: Рождение легенды. Часть 3

Секторный прицел 7,62-мм автомата Калашникова АК-47, рассчитанный на дальность стрельбы до 800 м

Мы в этой работе взяли за основу мой АК-47. И не потому что не смогли создать нового образца — мы и это делали. А потому, что автомат к этому времени уже зарекомендовал себя и высокой надежностью, и простотой устройства.
Зная, что живучесть у автомата почти в два раза меньше, чем у пулемета, мы не могли считать отдельные детали унифицированными, не проведя соответствующей их доработки. При этом некоторые детали десятки раз меняли свою форму. Сделали специальную гоночную машину, чтобы испытывать эти детали ускоренным методом, без стрельбы. После проверки на этой машине мы ставили проверенные на ней детали в автомат и отправляли его в тир. Там уже наши испытатели проверяли образец, не жалея патронов. Иногда результаты простой механической гонки и стрельб были противоречивыми. Окончательные выводы мы делали, конечно, только после стрельбы.
Нелегко было решить вопрос единого питания патронами двух различных по своему боевому назначению образцов оружия. Лента и магазин трудно совместимы, так же как отъемный и неотъемный магазины. Мы начали отработку сразу нескольких вариантов магазинов повышенной емкости для будущего пулемета. Это было необходимо потому, что в коробке РПД — лента на сто патронов, а нам следовало иметь если и меньше, то ненамного. Иначе ленту не "вытеснить". Остановились на круглом варианте магазина на семьдесят пять патронов. Сделали его, испытали — работал без задержек. Прочность его также не вызывала сомнений. Магазин прошел испытания, удовлетворив всем требованиям.
В автомате фрезерованную ствольную коробку заменили штампосварной, из листовой стали с приклепанными деталями.
Для улучшения кучности боя ввели специальный замедлитель межциклового времени. Он обеспечил значительное улучшение кучности боя с упора. Стрельба с рук, как мы ее называем — "из неустойчивых положений", улучшилась за счет введения дульного компенсатора.
Все детали, подлежащие разборке и сборке в армейских условиях, сделали так, чтобы обеспечить их взаимную перестановку из автомата в пулемет и из пулемета в автомат.
Автомат и ручной пулемет стали значительно легче своих предшественников по весу. И кучность боя в них была улучшена. Обоюдоострый штык заменен удобным в эксплуатации ножом. Этим ножом каждый солдат легко сможет разрезать проволочное заграждение, даже если оно будет под напряжением.
Заводская отработка образцов новых изделий закончилась.
Михаил Калашников: Рождение легенды. Часть 3
Н.Н. Воронов

В начале 1957 года мы подали свои образцы легкого автомата и ручного пулемета на конкурсные испытания, которые, как обычно, должны проходить в несколько туров с постоянным уменьшением количества конкурентов. Ну и, конечно, с дальнейшими доработками по результатам испытаний каждого тура.
Место испытаний было хорошо знакомо — подмосковный полигон. Представители Государственной комиссии отмечали: «В числе представленных образцов — легкие автоматы Калашникова, Коробова, Константинова, а вместе с ними и легкие ручные пулеметы, унифицированные с автоматами по устройству автоматики и многим разборным деталям.
Полигонные испытания показали, что по кучности стрельбы очередями с применением упора, удовлетворил ТТТ только автомат Коробова... Ближе к нему был автомат Калашникова.
По надежности работы в затрудненных условиях в полной мере предъявляемым требованиям, особенно в условиях запыления и дождя, удовлетворял только автомат Калашникова. У образцов с полусвободным затвором отмечена повышенная загрязняемостъ продуктами сгорания пороха в условиях испытаний с длительной выдержкой образцов без чистки (5 суток).
Ненадежная работа автомата Симонова послужила причиной прекращения его испытаний. Остальные системы были испытаны большим количеством выстрелов. Автомат Константинова показал ненадежную работу на патронах со стальной лакированной гильзой...
Но ни один из легких автоматов на первых конкурсных испытаниях не удовлетворил в полной мере ТТТ и не был рекомендован на изготовление опытной серии для войсковых испытаний.
По итогам конкурса более перспективной признана система Калашникова. Должная оценка была дана и образцам конструкции Коробова и Константинова, имеющим преимущество перед системой АК в технологичности. Лучший из них по уровню отработанности — образец Коробова, как и система Калашникова, был рекомендован для дальнейшей доработки и последующих испытаний".
Итак, основным моим конкурентом стал тульский конструктор Коробов, привезший уже на первый тур испытаний хорошо отработанные образцы автомата и ручного пулемета. Неудивительно, что многие предсказывали ему победу в последнем туре сравнительных испытаний. Действительно, наша борьба шла на равных, и только введение новых конструкторских решений позволило обойти его образцы.
Получив заключение конкурсной комиссии по итогам первого тура испытаний, мы возвратились в Ижевск. У нас в руках было заключение комиссии с перечнем недостатков системы и планом ее доработки. Кроме того, мы сами делали "секретные" записи во время испытаний, и каждый вечер после стрельб разбирали все случаи сбоев в работе автомата и пулемета. Так что домой мы возвращались с уже созревшим планом мероприятий по доработке образцов.
В ходе модернизации автомата мы изменяли многие детали, максимально упрощая образец, повышая его живучесть и надежность. Одной из первоочередных задач был переход от фрезерованной ствольной коробки к штампо-клепаной конструкции из листовой стали. К сожалению, наше предложение не находило поддержки у технологов.
— Михаил Тимофеевич, давайте мы с Бухариным сами изготовим несколько ствольных коробок. Убедим технологов действием, — начал заводиться Крупин. — Стыдно уже из 5,5-килограммовой поковки получать всего лишь килограммовую коробку. Четыре с половиной килограмма металла в стружку уходит.
На одном из этапов модернизации автомата — повышения живучести его деталей нас стал подводить возвратный механизм. На испытаниях плохо жила, не выдерживала предельных нагрузок возвратная пружина. Требовалось выявить причину.
— Давайте, чтобы напрасно не жечь иголки во время реальной стрельбы в КИСе, прокатаем возвратную пружину в гоночной машине, — предложил Богданов.
— Там же испытаем после доработки и затворную раму с затвором, — дополнил Крупин. — Чтобы не жечь патроны.
На том мы и порешили.
Михаил Калашников: Рождение легенды. Часть 3

Вкладыш 7,62-мм автомата Калашникова АК образца 1949 года (со штампованной ствольной коробкой) (из руководства службы 1952 года издания)

Вообще, вопросы экономии в большом и в малом были для нас вопросами принципиальными. Говоря о нас, я имею в виду не только нашу опытно-конструкторскую группу, а и в целом завод.
Мы постоянно учились, как говорил Владимир Маяковский, "траты стричь". С помощью заводских специалистов постепенно стали внедрять не только штамповку, но и литье по выплавляемым моделям, порошковую металлургию. По-новому начали подходить к проектированию конструкций. Если брать работу непосредственно нашей группы, только на проектировании унифицированных образцов автомата и пулемета, предусматривавшем прогрессивные методы обработки, был получен эффект экономии почти в миллион рублей. Деньги по тем временам немалые...
Простота, надежность, живучесть, технологичность, доступность сырья и материалов... Десятки, сотни раз мы испытывали наши образцы на эти факторы. Сколько времени пришлось повозиться со ствольной коробкой, сколько усилий затратить, чтобы отладить ее конструкцию. Переходя на изготовление ее из листовой стали методом штамповки, мы ведь не просто добивались снижения металлоемкости изделия, но и выходили на новый уровень повышения надежности и живучести образцов в целом, добиваясь значительного снижения их трудоемкости.
В ствольной коробке, образно говоря, размещалось сердце оружия — его автоматика, то, что обеспечивало безотказность его работы. Все детали, размещенные в ней, выполняли основные рабочие, скажем так, двигательные функции. А там, где есть движение деталей, их соприкосновение друг с другом, неизбежно возникает трение. Пыль, вода, загустевшая смазка — все это способствует усилению трения, ухудшает работу механизмов.
Как избежать того, чтобы воздействие грязи, попавшей вовнутрь, смазки, загустевшей при сорокаградусном морозе, не ухудшало работу автомата? Мы прикидывали вариант за вариантом. Так возникла идея "вывесить" детали. То есть увеличить зазор между коробкой и подвижной частью, между затвором и затворной рамой.
Работа велась на основе коллективного обсуждения различных вариантов. Правильность выбранного нами пути подтвердили не только полигонные, но и войсковые испытания, которые проводились в трех военных округах одновременно.
Труднее всех досталось Владимиру Крупину, выехавшему в Туркестанский военный округ. Середина лета в Средней Азии — пик активной жары. Между тем ему целый день приходилось быть в учебном центре, на стрельбище, под нещадно палящим солнцем. Плюс ко всему испытания были ужесточены. В один из дней получаю от Владимира Васильевича телеграмму: "Волочение машинами прошло нормально. Крупин".
Оказалось, чтобы поднять потолок надежности, представители ГАУ решили устроить волочение образцов за танками вместо обычного запыления. Выехали в учебный центр и по выбитым траками, покрытым густой пылью полигонным дорогам проволокли все испытываемое оружие. И тут же, не отходя, — стрельба по полной программе. И ничего, выдержали наши образцы. Задержек практически не случалось. Когда потом открывали крышку ствольной коробки, то внутри обнаруживали какую-то взбитую серую массу — словно сливки из пыли.
Как действовала в данном случае автоматика, просто уму непостижимо. Впрочем, оказалось, постижимо — нам помог тот самый эффект "вывешивания" деталей.
Получив тогда от Владимира Васильевича телеграмму, я вспомнил, как мы с ним сами испытывали оружие на живучесть. Делали это в заводских условиях с помощью так называемых горячих патронов. За городом нам оборудовали что-то вроде небольшого испытательного полигона. Чтобы пули не уходили в стороны, соорудили для предохранения накат из дров и коротких кряжей. Патроны нагревали самым примитивным и, конечно же, далеко не безопасным способом — клали их в кастрюлю с водой и ставили на плитку.
Стреляя этими горячими патронами, мы раскаляли стволы, казалось, сверх всяких пределов. Смотришь иной раз в сумерках — ствол становится красным от длительного автоматического огня. А мы стволу новое испытание — опускали в бочку с водой для охлаждения.
Считаю, не последнюю роль в нашей победе сыграло то, что мы придавали такое большое значение отработке деталей на живучесть. Конечно, это была самая черновая, порой нудная и изматывающая работа. Но мы продолжали ею заниматься.
В один из дней Виталий Пушин, который настреливал в тире, испытывая детали, по двадцать и более тысяч выстрелов, зашел ко мне и положил на стол затвор.
— На двадцать первой тысяче у основания боевых выступов появились микротрещины, — доложил он. — Не выдерживает деталь. Что-то надо делать. По-моему, есть смысл поискать новую ее форму.
— Заметьте, микротрещины образовались там, где острые углы, — бросил реплику Крупин, рассматривавший в это время затвор.
— Ты полагаешь, их лучше сгладить?
— Во всяком случае, я попробовал бы ввести специальные радиусы у основания боевых выступов, — продолжил Владимир Васильевич. — Согласен с Пушиным, придется при этом видоизменить несколько форму затвора.
Испытания затворов на живучесть после внесения радиусов в основания боевых выступов подтвердили правильность принятого решения. Так мы вели доработку по нескольким направлениям, согласно замечаниям конкурсной комиссии. Мы буквально выбивались из сил, в поисках решений для устранения перечисленных недостатков, постоянно находясь в дороге, курсируя между Ижевском и подмосковным полигоном. В различных сочетаниях практически вся наша группа была постоянным участником испытаний. Иногда к нам присоединялись и другие представители завода.
Но вот наконец наступил завершающий момент. Летом 1957 года прошли повторные испытания систем. Для более объективной оценки происходящего обратимся к книге А.А. Малимона "Отечественные автоматы":
"Для изготовления серийной партии с целью проверки в производстве и определения возможности постановки на массовое изготовление полигоном был рекомендован легкий автомат Калашникова. При этом должна была быть произведена дополнительная его доработка. Но в ГАУ принято было решение провести войсковые испытания опытной серии, поскольку на них, по опыту прошлого, выявляются отдельные недостатки, которые не проявляются в специфических полигонных условиях. Вопрос этот увязывался с отработкой легкого ручного пулемета одноименной конструкции для войсковых испытаний, который полигоном в том же отчете рекомендовался для дополнительной доработки без рекомендации на серию.
Доводка автомата до законченного вида проводилась уже на полигоне. Экспериментальными стрельбами проверялись некоторые разновариантные элементы конструкции отдельных деталей с целью выбора лучшего варианта из них...

Михаил Калашников: Рождение легенды. Часть 3

Неполная разборка 7,62-мм автомата Калашникова АК (КБ-П-580). Опытный образец 1947 года (вид справа)

...Уменьшение весовой нагрузки на солдата с учетом 4 комплектных магазинов составило 1,1 кг, что наряду с достигнутым улучшением кучности стрельбы явилось основным итогом модернизации системы АК. Модернизация повысила ее боевые и маневренные качества, сохранив основные положительные свойства штатного АК-47 (простоту устройства, удобства обслуживания, надежность в работе), заложенные в ненарушенной принципиальной схеме устройства».
Войсковые испытания моего нового автомата прошли успешно и показали его явное преимущество перед штатным АК-47. Военные рекомендовали этот образец для принятия на вооружение взамен АК-47 с условием предварительного устранения некоторых выявленных испытаниями недостатков.
По результатам обобщения материалов войсковых комиссий, проведенных ГАУ, легкий автомат Калашникова вместе с ручным пулеметом одноименной авторской разработки постановлением Совета Министров СССР от 8 апреля 1959 года принят на вооружение Советской армии. Ему присвоено наименование: "7.62-мм модернизированный автомат Калашникова (AКМ)".
Так были приняты на вооружение автомат АКМ и ручной пулемет РПК под один и тот же патрон калибра 7,62 мм. Буква "М", появившаяся в названии моего автомата, означает — "модернизированный".
Теперь в армейском отделении вместо трех разнотипных образцов под один и тот же патрон находятся два. А, учитывая стопроцентную взаимозаменяемость основных деталей и механизмов, можно сказать, один. Проведенная работа значительно облегчила эксплуатацию оружия в войсках и дала большой экономический эффект.
Когда мы заканчивали работу над АКМ и РПК, к нам на завод приехал Д. Ф. Устинов, тогда уже заместитель Председателя Совета Министров СССР. Мы хорошо знали привычку Дмитрия Федоровича первым делом ознакомиться с тем, что сделано, что запущено в серию или осваивается в производстве. В большом зале на столах разложили продукцию.
Устинов прошел вдоль столов, бегло осмотрел образцы и повернулся к сопровождающим его нескольким военным и гражданским лицам.
Образцы лежали но порядку: два базовых — автомат АКМ и ручной пулемет РПК и вся "семья", рожденная на их основе. Автомат для ВДВ (воздушно-десантных войск) и других родов войск — АКМС (с металлическим складным прикладом). Автомат с ночным прицелом для пехоты — АКМН и АКМСН. И еще три ручных пулемета — соответственно РПКС и с ночными прицелами РПКН и РПКСН.
Докладывая, я назвал несколько цифр:
— Если сравнить АКМ с АК, то преимущества первого по сравнению с его старшим "братом" выглядят так: вес уменьшился на двадцать пять процентов, кучность боя при автоматической стрельбе улучшилась в полтора-два раза.
— Каков эффект от нововведений?
— Значительно сокращен расход легированных дорогостоящих сталей. Трудоемкость изготовления каждого изделия снижена на 20 процентов, расход металла — на 13 процентов.
— Это все по модернизированному автомату. — Дмитрий Федорович опять пошел вдоль столов, на одном из них притронулся к ручному пулемету. — Скажи, пожалуйста, как соотносится трудоемкость изготовления твоего изделия, скажем, с дегтяревским РПД?
— По технологической оценке трудоемкость РПК составляет 60 процентов от трудоемкости РПД, наш пулемет на два килограмма легче дегтяревского.
Я долго еще рассказывал об особенностях унификации представленного оружия, приводя конкретные цифры, наглядно демонстрируя при разборке и сборке образцов. При этом я обратил внимание всех присутствующих на плакаты, где было наглядно отображено, какие детали и узлы взаимозаменяемы.
Устинов обратился к тем, кто его сопровождал:
— Я думаю, товарищи, вы составили себе представление о том, насколько выгоден для войск и для производства решительный поворот к унификации оружия. Первое. Максимальная простота устройства, надежность в работе. Второе. Высокая технологичность. Третье. Дешевизна производства изделий. Четвертое. Войсковая ремонтопригодность.
За нашу работу, "за успехи по укреплению могущества нашего государства" большая группа рабочих и инженерно-технических работников была отмечена правительственными наградами. Мне в 1958 году было присвоено звание Героя Социалистического Труда с вручением Золотой Звезды Героя и ордена Ленина.

Подготовила Елена Калашникова
0
1600
20 июня 2008
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.
Смотрите также
Испытания нового Испытания нового "калашникова" начнутся в 2011 году

Государственные испытания нового автомата Калашникова 200-й серии, созданного на базе АК-74М, начнутся в 2011 году. Об этом, как сообщает \"Интерфакс\...

Тайна автомата Калашникова раскрытаТайна автомата Калашникова раскрыта

Легендарный российский конструктор создал знаменитый АК-47, работая на одном заводе со знаменитым оружейником ГитлераВеликий конструктор Михаил Калашн...

Новинка от Калашникова - АК-12Новинка от Калашникова - АК-12

Автомат Калашникова АК-12 является перспективной разработкой ОАО концерн «ИЖМАШ», призванной в перспективе заменить в производстве и на вооружении Рос...

Михаил Калашников: Рождение легенды. Часть 2Михаил Калашников: Рождение легенды. Часть 2

7,62-мм автомат Калашникова АК. Опытный образец 1948 года, заводской номер 1 (вид справа)Министерство вооружения СССР приняло решение об организации п...

Загрузка...
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
Пятница, 09 Декабря
USD 1.9746
EUR 2.1262
RUB 0.0312
Bond 2 минут назад Путь разрушения не может быть правильным. А страну именно разрушили alexic 20 минут назад
Цитата: gismo_2
Ключевое слово.

gismo_2 24 минут назад
Цитата: Либерман
графоманы

Ключевое слово.
Либерман 26 минут назад
Цитата: MegaSchuster
раз видел вывеску "Свечи, купленные не в храме - считаются недействительными и не являются жертвой, угодной Богу"

Сочиняешь же. Фотку, небось, в сети такую видел - шутку бородатую, а не вывеску.
Цитата: Issida
слышал про эффект плацебо? Если это людям приносит пользу, значит это надо

Цитата: aroy
я правильно понял, что ты одобришь продажу любой бесполезной ху##и, если покупатель считает эту ху##ю полезной?

Ему про пользу и эффект плацебо, а он про бесполезную хню.
Омг, как так можно тупить на ровном месте?
Цитата: dianest
Где нормальные, счастливые, здравые люди, что искренне верят в Бога? Знает кто таких?

Слишком много наваял признаков, к которым легко докопаться. Леший знает, что лично для тебя начит "нормальный", "счастливый", "здравый" или "искренне". Но ганьба тебе уже за то, что стольких верующих записал автоматом либо в убогие, либо в обманщики.
Цитата: gismo_2
Приведи литературный пример где написано "слова лукавят" и я признаю свою неправоту

Хз. По-моему, графоманы такие словосочетания просто обожают.
"В чем сила их или никчемность?
В чем слава их или позор?
Слова лукавят – выдаст взор?
Бесстыдство, равнодушье, совесть?"
"Движенья губ - подвержены обману
Слова лукавят - их не слушай, брось
Лишь руки и глаза все скажут прямо
Рукам - поверь! Словам - ну как пришлось"
"И пусть холода у порога
Тем ярче горит голова
И каждый – любимец у Бога,
Когда не лукавят слова."
"Скрипят страницы древней Книги
Слова лукавят и хохочут,
Их тайный смысл понять несложно:
- Все будет так, как ты захочешь!"
"У паненки лукавят слова,
но запястье — предмет волшебства,
до смешного хрупок сосуд,
где хранится Шопенов прелюд."
Вроде первый и крайний графоманы даже какие-то премии и заслуги имеют.
siskin 42 минут назад Че за прикол,непонятно Tatur 43 минут назад два обручальных кольца, свечка и ветки с иголками:) Hartigen 46 минут назад не о такой тюрьме пел джонни кеш
Kano 47 минут назад Норм, у каждого своя степень распущенности.
Новости от партнеров

ИНТЕРЕСНОЕ:

Загрузка...
Сейчас на сайте
44 пользователя, 3235 гостей