Зоолог про песчаных червей «Дюны»
Песчаный червь, Шаи-Хулуд, Податель — все это имена гигантского существа, без которого невозможно представить себе мир «Дюны». В честь премьеры второго фильма Дени Вильнёва — тред об этих существах с точки зрения зоолога (и о том, почему экосистема Арракиса нереалистична).
Все данные о песчаных червях эпопеи Герберта мы возьмем не только из самого текста эпопеи, но и из книги «Энциклопедия Дюны». Из нее мы знаем, что великие черви имеют длинное сегментированное тело и ротовую воронку, усеянную кристаллическими зубами. Размеры червей действительно велики — самые крупные из них достигают нескольких сотен метров в длину, самый крупный самец из отмеченных достигал 400 метров. Первый сегмент тела формирует голову, один из последующих занимается размножением, а прочие не дифференцированы.
В последней части описания зоолог узнает кольчатого червя (тип Annelida). Как и земные кольчатые черви, черви Арракиса способны к регенерации, причем даже один сегмент, отделенный от всех остальных, может оставаться жизнеспособным. Среди кольчатых дождевых червей встречаются крупные виды, например, гигантский австралийский червь Megascolides australis может достигать трех метров в длину, а гигантский африканский червь Microchaetus rappi — 6,7 метра.
Однако ротовой аппарат червей (по мнению большинства иллюстраторов «Дюны», трехлопастной) заставляет вспомнить о совсем других существах. Их главное оружие напоминает, с одной стороны, ротовой аппарат миноги, а с другой — ротовой аппарат пиявок.
Миноги — примитивные бесчелюстные позвоночные, пиявки — подкласс кольчатых червей, среди тех и других многие ведут паразитический образ жизни, присасываются к жертве и пьют ее кровь. У миног имеется предротовая воронка, густо усаженная роговыми зубами.
У пиявок ротовое отверстие расположено на дне передней присоски, у одних, хоботных, глотка выдвигается вперёд, а у челюстных имеются три режущие хитиновые челюсти.
А вот способ питания великие черви песчаных океанов Арракиса позаимствовали у совсем других существ — китов. Они питаются песчаным планктоном, отфильтровывая его, как усатые киты на Земле.
В земных пустынях можно встретить животных, которые буквально «плавают» в песке, однако все эти существа относительно невелики по размерам. Например, отлично «плавают» в песке покрытые гладкой чешуей аптечные сцинки Scincus scincus и песчаные удавчики Eryx miliaris.
Организмам-фильтраторам ни к чему зубы, хотя есть и исключения. У китовой акулы Rhincodon typus порядка трех тысяч зубов, правда, мелких и непригодных для того, чтобы что-то кусать.
Поскольку известно, что арракийский песок — это преимущественно продукты пищеварения песчаных червей, вероятно, их способ питания был ближе к способу дождевых червей, которые просто заглатывают фрагменты почвы и выбрасывают обратно переработанную массу в форме копролитов. При этом в «Энциклопедии Дюны» мы обнаруживаем расходящиеся с оригинальным текстом «Дюны» сведения о том, что великие черви — автотрофы. То есть они используют некие неорганические соединения для синтеза органических. Возможно, тот же песок. Когда великие черви перемещаются сквозь толщу песка, их покровы трутся о него, и от соприкосновения вырабатывается электричество и тепло, также участвующее в метаболизме великих червей. На Земле нам неизвестны примеры таких одновременно огромных и подвижных автотрофов.
В каждом сегменте червя есть своя примитивная нервная система, но сколько времени может занять путешествие нервного импульса от первого, головного сегмента великого червя до его концевых сегментов?
Самые крупные нервные клетки у организмов Земли — это гигантские аксоны кальмаров, достигающие 1,5 миллиметра в диаметре у гигантского кальмара Architeuthis dux. В среднем для аксона толщиной 0,5 миллиметра скорость проведения импульса достигает 25 метров в секунду, а значит, от головы до хвоста великого червя сигнал идет несколько секунд.
Известно, что великие черви воспринимают вибрации почвы, и это умение широко распространено у земных организмов. Слоны, песчанки и кенгуровые крысы переговариваются на дальние расстояния, слушая топот ног, пауки «слышат», когда кто-то попался в паутину по вибрациям ее нитей.
Дождевые черви способны чувствовать колебания почвы, чем пользуются рыбаки, выманивая их на поверхность. Однако точно не известно, опасаются ли они кротов, которые на них охотятся, или принимают вибрации за звуки дождя. Фремены привлекали великих червей специальным аппаратом, манком-колотушкой, издающим низкочастотные вибрации. На Земле дождевых червей из земли выманивают не только рыбаки: некоторые птицы и черепахи добывают себе пропитание, постукивая по почве и собирая выползших червей.
Жизненный цикл великих червей в деталях описан в «Энциклопедии Дюны». Песчаные черви раздельнополы, после спаривания самка откладывает яйца в гнездо, после чего умирает, а самец частично ее съедает (потом то, что осталось от матери, съедают вылупившиеся личинки червей). Яйца формируют губчатую массу, в которой вызревают личинки — «песчаная форель». Именно деятельность песчаной форели привела к аридизации Арракиса: личинки разыскивают воду, собирают и захоранивают в гнезде. Дело в том, что для взрослой формы великих червей вода токсична. При контакте с выделениями песчаных форелей вода образует массу препряности. Параллельно накапливается газ и происходит взрыв, от которого гибнет часть личинок, а масса препряности выносится на поверхность. Здесь под воздействием солнечного света происходит дальнейшая реакция с газами атмосферы планеты, в результате чего препряность превращается в готовую пряность.
Великие черви — ключевые фигуры пустынной экосистемы планеты Арракис. По Герберту это инвазивный вид, который когда-то завезли на планету: до появления великих червей на планете были моря, и именно в результате деятельности песчаной форели вода исчезла.
В книгах Герберта упоминается, что песчаный планктон, которым питаются великие черви, представляет собой еще одну стадию жизни данного вида, между яйцом и песчаной форелью. В таком случае вся экосистема Арракиса состоит из разных жизненных форм единственного вида, которые занимают сразу несколько этажей пищевой пирамиды. Песчаные форели создают пряность — пищу для песчаного планктона, а планктоном питаются взрослые песчаные черви. Однако любой экосистеме необходим внешний источник энергии — например, солнечный свет или химические реакции. Автотрофные организмы, такие как растения или бактерии, используют эту энергию для производства органических веществ, которыми в свою очередь питаются гетеротрофы. Какие организмы выполняют роль продуцентов в экосистеме Арракиса, неясно. Судя по описаниям из книг, энергия просто бесконечно циркулирует по замкнутой пищевой цепи, что, разумеется, нереалистично. Похоже, Герберт забыл снабдить экосистему Арракиса источником энергии.
Все данные о песчаных червях эпопеи Герберта мы возьмем не только из самого текста эпопеи, но и из книги «Энциклопедия Дюны». Из нее мы знаем, что великие черви имеют длинное сегментированное тело и ротовую воронку, усеянную кристаллическими зубами. Размеры червей действительно велики — самые крупные из них достигают нескольких сотен метров в длину, самый крупный самец из отмеченных достигал 400 метров. Первый сегмент тела формирует голову, один из последующих занимается размножением, а прочие не дифференцированы.
В последней части описания зоолог узнает кольчатого червя (тип Annelida). Как и земные кольчатые черви, черви Арракиса способны к регенерации, причем даже один сегмент, отделенный от всех остальных, может оставаться жизнеспособным. Среди кольчатых дождевых червей встречаются крупные виды, например, гигантский австралийский червь Megascolides australis может достигать трех метров в длину, а гигантский африканский червь Microchaetus rappi — 6,7 метра.
Однако ротовой аппарат червей (по мнению большинства иллюстраторов «Дюны», трехлопастной) заставляет вспомнить о совсем других существах. Их главное оружие напоминает, с одной стороны, ротовой аппарат миноги, а с другой — ротовой аппарат пиявок.
Миноги — примитивные бесчелюстные позвоночные, пиявки — подкласс кольчатых червей, среди тех и других многие ведут паразитический образ жизни, присасываются к жертве и пьют ее кровь. У миног имеется предротовая воронка, густо усаженная роговыми зубами.
У пиявок ротовое отверстие расположено на дне передней присоски, у одних, хоботных, глотка выдвигается вперёд, а у челюстных имеются три режущие хитиновые челюсти.
А вот способ питания великие черви песчаных океанов Арракиса позаимствовали у совсем других существ — китов. Они питаются песчаным планктоном, отфильтровывая его, как усатые киты на Земле.
В земных пустынях можно встретить животных, которые буквально «плавают» в песке, однако все эти существа относительно невелики по размерам. Например, отлично «плавают» в песке покрытые гладкой чешуей аптечные сцинки Scincus scincus и песчаные удавчики Eryx miliaris.
Организмам-фильтраторам ни к чему зубы, хотя есть и исключения. У китовой акулы Rhincodon typus порядка трех тысяч зубов, правда, мелких и непригодных для того, чтобы что-то кусать.
Поскольку известно, что арракийский песок — это преимущественно продукты пищеварения песчаных червей, вероятно, их способ питания был ближе к способу дождевых червей, которые просто заглатывают фрагменты почвы и выбрасывают обратно переработанную массу в форме копролитов. При этом в «Энциклопедии Дюны» мы обнаруживаем расходящиеся с оригинальным текстом «Дюны» сведения о том, что великие черви — автотрофы. То есть они используют некие неорганические соединения для синтеза органических. Возможно, тот же песок. Когда великие черви перемещаются сквозь толщу песка, их покровы трутся о него, и от соприкосновения вырабатывается электричество и тепло, также участвующее в метаболизме великих червей. На Земле нам неизвестны примеры таких одновременно огромных и подвижных автотрофов.
В каждом сегменте червя есть своя примитивная нервная система, но сколько времени может занять путешествие нервного импульса от первого, головного сегмента великого червя до его концевых сегментов?
Самые крупные нервные клетки у организмов Земли — это гигантские аксоны кальмаров, достигающие 1,5 миллиметра в диаметре у гигантского кальмара Architeuthis dux. В среднем для аксона толщиной 0,5 миллиметра скорость проведения импульса достигает 25 метров в секунду, а значит, от головы до хвоста великого червя сигнал идет несколько секунд.
Известно, что великие черви воспринимают вибрации почвы, и это умение широко распространено у земных организмов. Слоны, песчанки и кенгуровые крысы переговариваются на дальние расстояния, слушая топот ног, пауки «слышат», когда кто-то попался в паутину по вибрациям ее нитей.
Дождевые черви способны чувствовать колебания почвы, чем пользуются рыбаки, выманивая их на поверхность. Однако точно не известно, опасаются ли они кротов, которые на них охотятся, или принимают вибрации за звуки дождя. Фремены привлекали великих червей специальным аппаратом, манком-колотушкой, издающим низкочастотные вибрации. На Земле дождевых червей из земли выманивают не только рыбаки: некоторые птицы и черепахи добывают себе пропитание, постукивая по почве и собирая выползших червей.
Жизненный цикл великих червей в деталях описан в «Энциклопедии Дюны». Песчаные черви раздельнополы, после спаривания самка откладывает яйца в гнездо, после чего умирает, а самец частично ее съедает (потом то, что осталось от матери, съедают вылупившиеся личинки червей). Яйца формируют губчатую массу, в которой вызревают личинки — «песчаная форель». Именно деятельность песчаной форели привела к аридизации Арракиса: личинки разыскивают воду, собирают и захоранивают в гнезде. Дело в том, что для взрослой формы великих червей вода токсична. При контакте с выделениями песчаных форелей вода образует массу препряности. Параллельно накапливается газ и происходит взрыв, от которого гибнет часть личинок, а масса препряности выносится на поверхность. Здесь под воздействием солнечного света происходит дальнейшая реакция с газами атмосферы планеты, в результате чего препряность превращается в готовую пряность.
Великие черви — ключевые фигуры пустынной экосистемы планеты Арракис. По Герберту это инвазивный вид, который когда-то завезли на планету: до появления великих червей на планете были моря, и именно в результате деятельности песчаной форели вода исчезла.
В книгах Герберта упоминается, что песчаный планктон, которым питаются великие черви, представляет собой еще одну стадию жизни данного вида, между яйцом и песчаной форелью. В таком случае вся экосистема Арракиса состоит из разных жизненных форм единственного вида, которые занимают сразу несколько этажей пищевой пирамиды. Песчаные форели создают пряность — пищу для песчаного планктона, а планктоном питаются взрослые песчаные черви. Однако любой экосистеме необходим внешний источник энергии — например, солнечный свет или химические реакции. Автотрофные организмы, такие как растения или бактерии, используют эту энергию для производства органических веществ, которыми в свою очередь питаются гетеротрофы. Какие организмы выполняют роль продуцентов в экосистеме Арракиса, неясно. Судя по описаниям из книг, энергия просто бесконечно циркулирует по замкнутой пищевой цепи, что, разумеется, нереалистично. Похоже, Герберт забыл снабдить экосистему Арракиса источником энергии.
